Камень может быть разрушен, но для самого камня это ничего не значит. Живое впервые разделяет возможные состояния на те, которые поддерживают его продолжение, и те, которые ему угрожают. В этом различии Алетофания видит самый ранний слой смысла — ещё без слов, правил и сознательного выбора.
Поэтому мораль не падает в мир извне и не возникает внезапно вместе с человеком. Её дальняя предпосылка появляется там, где жизнь сохраняет себя, различает полезное и разрушительное, строит отношения с другими живыми системами. Эволюция усложняет эту ориентацию, но не создаёт её из ничего.
Отсюда начинается первый маршрут Алетофании: жизнь порождает направленность, направленность переживается как ценность, а согласование ценностей превращается в мораль. Это пока не доказанная единая теория, а рабочая рамка, которая связывает биологию, сознание и этику.